Сравнение лагеревских и турбаслинских курганов
Во всех курганах лагеревского типа умершие лежат в одном положении — на спине, с вытянутыми конечностями. По сравнению с турбаслинскими курганами в лагеревских больше разнообразия в ориентировке погребенных по странам света. Головами они лежат на север, юго-запад, северо-восток, северо-запад, но общая статистика показывает, что в лагеревских курганах все-таки умерших старались хоронить головой на север, северо-запад и запад. При ориентации костяков на север древнеуральские племена лицо умерших поворачивали либо к югу, либо к востоку.
Считаем уместным сослаться на мнение Л. Я. Штернберга, согласно которому некоторые народы ориентацию погребенного связывают с воспоминаниями о прежнем местожительстве своих предков: «Где лежала, по преданию, прежняя территория, и покойника кладут в соответствующем направлении». В данном случае речь может идти об ориентировке только лица, но не головы, так как в противном случае мы должны были предположить приход значительной части южноуральских племен с севера или запада.
Твердо установлена одна важная деталь погребального обряда: в могилах покойников хоронили в деревянных гробах. Применялись ли гробы повсеместно? Ответить на этот вопрос однозначно пока трудно, но имеющиеся материалы свидетельствуют, что они применялись широко. Остатки гробов из тонких досок (толщиной около 1 — 2 см) обнаружены в ряде погребений Бекешевских, Каранаевских и некоторых других курганов. Интересно отметить, что в погребении Бекешевского кургана в гробу вместе с костяком женщины лежал костяк грудного ребенка. Он был положен в берестяную люльку либо в гроб и находился на правой откинутой руке женщины. Люлька состояла из нескольких слоев бересты и имела следующие размеры: длина около 60 см, ширина 40 см. Ее края для прочности в свое время были обложены тонкими деревянными планками, через которые продевалась веревка для подвешивания. Возможно, что снаружи люлька была обшита материей, об этом говорят следы от шила — тонкие сквозные отверстия по краям.
Захоронений младенцев в курганах средневековья почти нет и описанное погребение является одним из редких исключений. Возможно, что данный пример свидетельствует о форме погребений малолетних детей в берестяных гробах-люльках. Дно гробов, судя по зафиксированным случаям, устилалось войлоком, а затем циновкой или рогожей. В массовом порядке они обнаружены в погребениях I и II Бекешевских курганов. Куски войлока и циновка найдены в лагеревском кургане, хорошо датируемом VII — VIII вв. Вторым подобным памятником является Синеглазовский курган IX — X вв. в Челябинской области, где найдены куски циновки. Куски войлока имелись в отдельных погребениях Бирского могильника.
В расположении вещей в могилах наблюдается относительное постоянство. В изголовье умерших обычно находятся глиняные сосуды и трубчатая кость лошади — остатки мясной пищи. Очень редки случаи, когда указанные предметы лежат сбоку или у ног погребенных. Украшения (серьги, подвески, браслеты) всегда лежат согласно своему назначению, В нескольких погребениях обнаружены остатки колчанов, которые находились у левой ноги. Там же чаще всего лежат сабли, мечи, хотя встречаются некоторые отклонения. Так, например, в упомянутом погребении Манякского могильника меч вместе с поясом находился под костяком. Под костяком лежал также кожаный налучник в первом Ямаши-Тауском кургане. Остатки луков часто встречаются на уровне пояса, сбоку костяков, у края могилы. Вероятно, луки ставились вдоль стен.
Остатки узды с удилами, седла со стременами обычно располагаются у ног или в области колен. Очень важно отметить, что иногда предметы вооружения и конской сбруи (луки, стрелы, стремена, удила) лежат в специальных ямах, расположенных рядом с могилой, но значительно меньших размеров. Такие ямы с аналогичными находками, например, встречены в Ново-Биккинском, Ямаши-Тауском, Лагеревских курганах. Попутно следует указать, что такие же круглые ямы обнаружены также в ряде Ново-Турбаслинских курганов.
Назначение этих ям нетрудно определить — они служили местом, куда ставились предметы первой необходимости для кочевника: вооружение и конская сбруя. Но возникает естественный вопрос, для чего нужны были эти ямы, когда сами предметы могли быть уложены вместе с умершими в могилу. Умерших хоронили во всей одежде в подпоясанном виде. В могилах неоднократно находили остатки холщевой, шелковой ткани, вязаной шерстяной материи (шапочки), шкуры (шубы). Покойников опоясывали иногда двумя ремнями. Такие пояса, например, были найдены в первом Ямаши-Тауском кургане. Это погребение было необычным: ноги покойника были опутаны куском ремня, сплошь украшенным серебряными накладками. Ремень связывал ноги восьмеркообразной петлей. Такие же ременные путы, сплошь украшенные серебрянными накладками, обнаружены в I и II Бекешевских курганах.
На основании указанных примеров можно полагать, что во всех средневековых курганах Южного Урала умерших хоронили со связанными ногами. Редкость следов связывания, видимо, объясняется тем, что ноги могли связывать веревкой или материей, которые истлели полностью. Обычай связывания ног умерших, по мнению исследователей, был распространен в прошлом почти повсеместно. Вероятно, это делалось для того, чтобы покойник не мог встать и принести вред оставшимся в живых.
Умерших хоронили во всей одежде, кроме того, дополнительно их обертывали либо материей, либо сверху ею накрывали. К такому выводу приводят наблюдения в погребении из Лагеревского кургана. В нем обнаружены остатки богатого головного убора, по нижнему краю сплошь украшенного серебряными накладками, а сбоку — большой круглой бляхой. Как на накладках, так и на бляхе сохранились сверху остатки шелковой материи двух видов, в одном случае с богатым орнаментом. По условиям залегания эти куски материи нельзя связать ни с обшивкой головного убора, ни с одеждой, ни с тканью, положенной поверх всего.