Погребальный обряд зороастризма

По свидетельству Бируни, трупы в наусах должны были обдуваться ветром, омываться дождевыми водами, но в то же время были бы доступны птицам и хищникам, трупы в них просто истлевали.
Наряду с этим обычаем у народов Средней Азии существовали обычаи срезания мягких частей тела, варка трупов, а также содержание специальных собак-пожирателей. Погребальный обряд зороастризма был чрезвычайно сложным и не везде одинаковым. Зороастризм как догматическая и господствующая религия сложился только в сасанидском Иране, а в другий районах он видоизменялся под влиянием древних местных религий, которые полностью влились в него. Этот вывод, впервые четко сформулированный В. В. Бартольдом, сейчас разделяют все исследователи данной темы. Чтобы различить канонизированную религию зороастризма Ирана от неоформленных языческих верований, родственных зороастрийской религии, последних в литературе принято называть маздеистскими. Данные археологии и исторической этнографии сейчас дают достаточно оснований для утверждения, что последователями маздеизма были племена Южного Урала, Сибири и алтайских степей.

Из сообщений Геродота знаем, что у народа исседоны, локализуемого некоторыми исследователями в районе Южного Урала, существовал обычай убивать состарившихся родителей. Разрубленные части варились вместе с мясом убитого скота, а затем поедались собравшимися по этому случаю родственниками убитого. В этом факте варки и поедания трупов убитых родителей нетрудно увидеть одну из форм отделения мяса от костей. Те же исседоны, по данным другого античного автора — Гая Юлия Салина, трупы «растерзывали, разрывали зубами».

Страбон сообщает, что у многих народов, в том числе каспиев, мас-сагетов, бактрийцев и согдийцев, трупы выставляли на съедение хищным птицам и собакам. Каспии более радовались, если трупы растерзывали птицы, менее — когда собаки; считалось несчастьем, если ни собаки, ни птицы не приближались к трупу. Страбон подтверждает сведение Геродота о поедании мяса родителей вместе с мясом убитых животных. Если мы эти сообщения античных авторов сопоставим с местным археологическим материалом, а именно — с самыми ранними каменными курганами на горных вершинах и вообще возвышенностях, то нетрудно заметить, что погребение трупов под ними производилось почти в полном соответствии с оформившейся зороастрийской традицией. Отсюда можно сделать вывод, что религиозные верования южноуральских племен или части из них во времена Геродота и Страбона были очень близки маз-деистским. Сказанное служит подтверждением правильности выводов К. Ф. Смирнова о том, что в основе религий ранних кочевников Южного Урала, Поволжья и Средней Азии лежало более или менее одинаковое мировоззрение.

Курганы с применением множества камней ж наземными захоронениями в эпоху ранних кочевников повсеместно сооружались на территории Средней Азии и Казахстана, а теперь исследователями связываются с сакскими племенами. Они характерны также для древних тюрков Тувы. В этой связи интересно отметить, что в недавнем прошлом тувинцы широко практиковали наземные захоронения. Как показывают этнографические наблюдения, у них существовало несколько способов погребения: в гробах под каменными насыпями, на земле с каменной наброской и в наземных гробах, срубах и помостах. Тувинцы, как и каспии Страбона, более 25 веков назад старались узнать, кто съел умершего: если собаки или волк, то это значило, что плохо.

Обряд выставления, очевидно, хорошо был знаком раньше обским уграм и селькупам, о чем свидетельствуют сохранившиеся у них до начала XX в. наземные захоронения, по форме близко напоминающие могилы группы А на раннесредневековом Южном Урале. Погребение умерших у них производилось в грунтовых могильниках, в могилах, вырытых лишь путем снятия дерна. Надгробные сооружения делались из досок, но раньше в этих целях применялись жерди и бревна. В могилу клались вещи покойного, а рядом с ней часто разжигались костры. Аналогичные примеры известны у узбеков. В средневековье наземные захоронения знали также народы Поволжья. Этот погребальный обряд оставил след в фольклоре, религиозных обрядах башкир, что было зафиксировано учеными XIX — начала XX в. Привлечение этого круга источников для интерпретации раннесредневекового археологического материала правомерно, так как башкиры являются преемниками культуры южноуральских племен и во многих чертах донесли до нас важные детали их погребальных обрядов и религиозных представлений, которые не могут быть расшифрованы археологическим материалом и отсутствуют в ранних письменных источниках.

Важно подчеркнуть, что данный эпос зафиксирован только у башкир е. судя по отдельным деталям содержания, в нем отразились события из жизни южноуральских племен глубокой древности. В нем, в частности, рассказывается о некоем царстве, где в день рождения даря в честь его родителей, родника (колодца), водой которого был впервые омыт царь после рождения, приносили в жертву девушку. Девушку опускали в колодец (родник), и когда она умирала, ее труп выбрасывали на вершину горы, где его пожирали вороны. В сказании «Кыубаш» (высохшая голова) девушка, обиженная мачехой, идет на гору, где находилось кладбище, и находит там высохшую голову (череп) своей матери. Голова заговаривает, помогает девушке в преодолении трудностей. В сказании говорится, что на горах костяки умерших находились почти на поверхности земли.