Об одной несостоявшейся дуэли

Когда заходит речь о трагическом поединке, оборвавшем жизнь поэта, вспоминается история одной несостоявшейся дуэли. Вызвавший Пушкина на дуэль человек был тесно связан с Уралом и оказался в общем-то лицом порядочным. Мало того — поклонником пушкинского таланта. Вырвавшись в Москву из Михайловской ссылки, Пушкин был, как никогда, неистощим в знакомствах, словоохотлив среди друзей: шутил, читал стихи, писал эпиграммы. За большим круглым столом в особняке князей Урусовых Пушкин часто устремлял свои взоры на молодую княжну Софью, которая слыла совершенной красавицей.

Красавица с благодарностью приняла стихи, а Пушкину предстояло принять вызов на дуэль от артиллерийского подпоручика Владимира Соломирского. Был он дальним родственником Урусовых и считался первым кавалером в этом доме. И, конечно же, обожал молодую княжну. Но с появлением в доме поэта Софья, как видно, стала относиться к молодому офицеру менее благосклонно. Охваченный ревностью, пылкий подпоручик быстро нашел повод, чтобы назначить Пушкину время для поединка. Это было в апреле 1827 года. Александр Пушкин избрал секундантом Павла Муханова, а Соломирский — Алексея Шереметева. Оба секунданта оказались товарищами по полку, поклонниками поэта, и они решили, что будет куда приятнее предстоящую дуэль заменить веселой пирушкой. И вот на квартире Сергея Соболевского, где жил тогда Пушкин, в утренний час собрались все участники дуэли.

Изучавший это дело в прошлом веке М. Се-мевский писал: «При дружных усилиях обоих секундантов и при посредничестве Соболевского, имевшего, по свидетельству Муханова, большое влияние на Пушкина, примирение состоялось. Подан был роскошный завтрак, и с бокалами шампанского противники, без всяких извинений и объяснений, протянули друг другу руки». Княжна Урусова так и не стала «богиней» ни для Пушкина, ни для Соломирского. Поэт взял в жены первую московскую красавицу Натали Гончарову, а Владимир женился на графине Марии Апраксиной. Кстати, это имя тоже известно в русской поэзии. Михаил Лермонтов, сидя под арестом за дуэль с Барантом в 1840 году, написал и посвятил ей стихотворение «Над бездной адскою блуждая...» На другой знакомой Пушкина, дочери московского почтдиректора Екатерине Булгаковой, женился брат Соломирского — Павел, командир лейб-гвардии гусарского полка. Как раз под его началом служил молодой Лермонтов. При Пушкине этот полк квартировал в Царском Селе.

Раскаявшийся дуэлянт Владимир Соломирский, ставший, как и поэт, камер-юнкером императорского двора, с середины тридцатых годов жил на Урале «частным человеком». Знакомство с Пушкиным не прошло бесследно. Владимир придерживался демократических взглядов. Ему не чужды были литературные интересы: писал стихи, но, наверное, ничего не печатал. Павел Соломирский после выхода в отставку тоже немало внимания уделял уральским заводам. Как и Владимир, Павел и его жена Екатерина выступали на Каменном поясе проводниками культуры. Наверное, не без их поддержки в Екатеринбурге ставились спектакли: популярная в то время опера А. Верстовского «Аскольдова могила», инсценировка знаменитой гоголевской поэмы под измененным названием «Похождения Чичикова» и другие. Спрашивается, как жители Москвы и Петербурга братья Соломирские стали уральскими заводчиками? Раскроем всезнающие адрес-календари Пермской губернии и в поименной росписи владельцев горных заводов найдем строки о Соломирских. Нет, не всё врут календари»! Они точно указывают, какие заводы принадлежали этой фамилии: сысертские, полевские, северские...

Но ведь это как раз те заводы, которыми в начале девятнадцатого столетия владела молодая вдова екатеринбургского прокурора, обер-бергмейстерша Наталья Алексеевна Колтовская. Вдову обижали совладельцы-заводчики, и она без устали слала в сенат прошения, искала защиты от посягательств на ее владения. Нередко и сама сочиняла разного рода доносы. Частенько Колтовская наведывалась в Москву и Петербург, подолгу жила там.

Несмотря на свои молодые годы, Колтачиха, как прозвали уральцы неугомонную заводчицу, оказалась довольно ловкой. Ей удалось добиться, чтобы расследованием спорного дела занялся поэт Гавриил Романович Державин, в преклонные лета служивший сенатором. Успехи молодой вдовы, впрочем, легко объяснимы: в северной столице она сошлась с влиятельным вельможей и известным дипломатом Дмитрием Павловичем Татищевым. Владимир и Павел Соломирские — это их незаконнорожденные сыновья. От матери они унаследовали, хотя и не сразу, уральские заводы, от отца, кроме всего прочего, — образованность и великосветские связи. Но что мы знаем об отношениях братьев Соломирских и Пушкина? Познакомились они еще в Царском Селе, когда поэт заканчивал лицей. Известно пока единственное письмо несостоявшегося дуэлянта к поэту, впервые напечатанное в «Русском архиве» в 1894 году. Публикуя его, Леонид Майков отмечал: «В числе друзей Пушкина не упоминается имени Владимира Дмитриевича Соломирского, но из любопытного письма... обнаруживается, что между Соломирским и Пушкиным существовали довольно короткие отношения». Да, послание давало повод для такого вывода.