Небольшое количество находок в поселениях

На поселениях в небольшом количестве обнаружены фрагменты от плоских доньев без резкого перехода в стенку. Они почти ничем не отличаются от доньев целых сосудов из могильников, охарактеризованные выше как уплощенные. Таким образом, проведенный анализ красноречиво свидетельствует о том, что сосуды почти всех типов из могильников богато представлены на поселениях. Это должно снять всякие сомнения в том, что романовские поселения и Турбаслинские могильники принадлежали одному и тому же населению. Но в то же время керамика поселений более богатая и содержит новые типы сосудов, пока не выявленные в могильниках.

Тип 16. Невысокие тонкостенные широкогорлые сосуды с округлым или уплощенным дном. У большинства край горла резко отогнут наружу, по венчику снаружи у многих имеется валикообразные утолщения. Для сосудов характерно утолщение на месте перехода от невысокой шейки, образующее небольшой уступчик. Сосуды изготовлены из хорошо отмученной глины с примесью песка, тщательной работы, поверхность иногда залощена. Часть сосудов по тулову украшена треугольными углублениями, располагающимися в один-два, редко более рядов или вертикальными врезными линиями. Выявлены на городище Уфа II, в однослойных поселениях, расположенных в черте современного г. Уфы (например, Зелентрест; сборы М. X. Садыковой), в Шареевском могильнике и на Имендяшевском городище. В литературе данный тип известен как имендяшевский.

Тип 17. Сосуды в виде невысоких банок с суженым горлом и плоским или округлым дном. Представлены единичными экземплярами на поселениях Ново-Турбаслинское II и Романовка. Грубой работы, коричневого цвета, в глине примесь дресвы. Дата пока может быть установлена очень широко, в пределах самого конца I тысячелетия. В качестве ближайшей аналогии можно привести сосуды из болгарских памятников на Волге. К числу редких относится чаша с городища Уфа и Имендяшевского. По форме она близко напоминает чаши из бахмутинских памятников.

Вопрос о дате поселений с керамикой турбаслинской группы в литературе как следует не разработан. С. М. Васюткин, например, относит их к IV — VII вв., а В. Ф. Генинг — к V — VII вв. Последней даты придерживался и автор. В ряде наших работ, кроме того, высказывалось предположение о возможном существовании некоторых поселений в самом конце I тысячелетия. Новые материалы вносят существенные коррективы в наши представления по этому вопросу, подтверждая в целом позднюю дату. Судя по хорошо датированным могильникам (Ново-Турбаслы, Дежнево, Кушнаренково), турбаслинская керамика там появляется не ранее VII или рубежа VI — VII вв. Существование ее в VIII в. надежно фиксируется по Шареевскому могильнику, а около IX в — по самым поздним захоронениям ново-турбаслинских курганов. Так как у нас нет сомнения в культурном единстве могильников и поселений с турбаслинской керамикой, возраст последних мы имеем право определять в рамках общей даты опорных памятников. Однако сказанное оставляет открытым вопрос о верхней дате — ряд поселений мог функционировать и позже.

Материал самих поселений, сопровождающий турбаслинскую керамику, также говорит о поздней дате. Так, например, повсеместно встречаются обломки сосудов кушнаренковского типа, которые, как увидим дальше, судя по богатым могильным комплексам, были широко распространены в период от VII в. до начала II тысячелетия. Как поздний хронологический признак может быть принято также появление на грубой турбаслинской керамике орнамента из жемчужин, характерного для кара-якуповской группы керамики. Это говорит, что обе указанные группы существовали какое-то время синхронно, очевидно, на рубеже тысячелетий.

Фактом в пользу поздней даты указанных памятников стали материалы Сакмарского городища, где найдена в слое красноглиняная гончарная керамика булгарского образца рубежа I и II тысячелетий. Как уже отмечено, у исследователей различен подход к интерпретации керамики турбаслинской группы. Для большинства она представляется двухкомпонентной и состоит из круглодонной (турбаслинской) и плоскодонной (романовской) посуды, каждая из которых связана с самостоятельным этносом и кругом памятников. Во всех работах, где затрагивается этот вопрос, как общее выступает мнение: 1) о неместном характере всей данной группы керамики в Западном Приуралье и 2) о тесной связи керамики романовского типа и вместе с ней памятников, где она встречена, с именьковской культурой Среднего Поволжья. Согласно мнению» К. В. Сальникова, С. М. Васюткина и Г. И. Матвеевой, романовская керамика здесь появилась в результате переселения части средневолжского населения финно-угорского происхождения, в то время как собственно турбаслинская керамика связана с южным кочевым миром. Данную точку зрения затем поддержал А. П. Смирнов.