Керамика

Известно, что керамика, будучи массовым материалом, дает объективную информацию об этническом составе, территории расселения древнего населения, происхождении отдельных его компонентов и т. п. Керамика из раннесредневековых памятников Южного Урала, особенно Западного Приуралья, отличается богатством форм и орнамента. В начальный период широких полевых работ это разнообразие породило у исследователей представление о том, что каждый отдельный тип связан с определенной группой памятников, следовательно, самостоятельным этносом. Отсюда керамику стали рассматривать как один из важных, а в ряде случаев как единственный показатель существования археологических культур.

Согласно этой концепции разными исследователями в сравнительно короткий срок и на ограниченной территории синхронно с ранее известной бахмутинской культурой было реконструировано множество культур иди групп (типов) памятников: турбаслинская, купшаренковская, романовская, мазунинская. нмендяшская. уфимская. В выделении культур дальше всех пошел В. Ф. Генинг, взгляды которого на прием систематизации и интерпретацию археологического материала существенно отличались от взглядов других южноуральских археологов. Для данного исследователя характерна более дробная классификация источника. Применительно к территории Башкирии ввиду чрезвычайной смешанности состава находок в памятниках В. Ф. Генинг вместо термина «культура» чаще всего употребляет понятия «тип», «группы», «археолого-этнический тип», но, как видно из контекста работы, вкладывая в них почти одинаковый смысл.

В упомянутых работах В. Ф. Генинга видим первую попытку дать сводную классификацию сложной по составу керамики из раннесредневековых памятников Башкирии, ее хронологию, проследить закономерность распространения отдельных типов, выявляя их связи с характерными предметами украшений и особенностями погребального обряда (форма могил, вид захоронения и т. п.). Устойчивые сочетания последних с типами керамики, в представлении автора, являются основанием для выделения этнических групп древнего населения, названного им археолого-этническими типами. Указанные соображения В. Ф. Генинга в советской археологической литературе высказаны впервые и в методическом плане представляют большой интерес.

Однако по поводу выделенных культур и типов памятников между археологами до сих пор нет единства взглядов, оспаривается не только правомерность выделения отдельных культур и типов, но и сам принцип их выделения. Здесь нет необходимости анализировать эти споры, в приведенной выше литературе полно рассмотрены основные аргументы почти каждого исследователя. Для общей оценки этих обобщений очень показательно одно высказывание В. Ф. Генинга, которое мы полностью разделяем. «С открытием новых типов, — пишет он, — главным образом керамики, многие археологи без достаточно глубокого и всестороннего анализа всего материала стали конструировать и новые археологические культуры. Так появились кушнаренковская, караякуповская и романовская «культуры». К сожалению, большинство этих «культур» характеризуются лишь специфической керамикой, которая не увязана с иными материальными остатками. Ни для одной из них не доказана локализация памятников на определенной территории, где бы ни присутствовали одновременно памятники другого типа».

Таким образом, в работах, посвященных анализу керамики, исследователями поднят ряд вопросов, имеющих принципиальное значение для изучения археологии средневековья края. Сам этот факт достаточен, для того, чтобы по достоинству определить их заслугу в изучении поставленных вопросов. Если не все из них были решены, то трудно это поставить в вину авторам, так как существовали объективные причины: недостаточная изученность памятников и недостаточная доступность источников. С учетом сказанного мы имеем полное право точки зрения своих предшественников рассматривать как выводы предварительного характеpa, полученные в ходе первичной систематизации и обобщения материала.

При классификации керамики главными критериями для выделения типов нам послужило сочетание форм, орнамента, технология изготовления (примесь к глине, обработка поверхности, например, лощение), а также размеры. Надо подчеркнуть, что это сочетание дает различные варианты, чем вызвано множество выделенных типов. При коррелировании среди разнообразного материала нетрудно выявить элементы форм, технологических приемов и орнамента, которыми характеризуются группы и типы керамики, что, видимо, является свидетельством устойчивости традиций в этом деле. По совокупности этих признаков керамический материал из раннесредневековых памятников нами подразделяется на пять основных групп: турбаслинскую, бахмутинскую, кушнаренковскую, караякуповскую и шнуровую (каранаево-купгулевскую), отличающихся друг от друга формой сосудов и характером орнаментации. Все выделенные группы, за исключением кушнаренковской, связаны с самостоятельными группами памятников, которые имеют относительно четкую локализацию и различаются во времени. Отсюда нетрудно предположить независимость происхождения и этнической принадлежности каждой из них.

Хотелось бы подчеркнуть еще одну особенность, отразившуюся в данном исследовании. В нашем распоряжении имелся керамический материал двух типов: из могильников (курганов) и поселений (городищ). Первый состоит главным образом из целых сосудов, и при выделении типов внутри групп среди них нами учтены особенности форм, произведены соответствующие измерения высоты и диаметра. Все сведения справочного характера о сосудах из могильников, учтенных при настоящей классификации (тип сосуда, название памятника, номер кургана и погребения), даются в подрисуночных подписях.